Экран телевизора, старого, все время мигающего, в котором все одним каким то непонятным цветом, голос диктора говорит про нашу "доблестную национальную гвардию", которая уже взяла уже Донецк и ищет "зачинщиков беспорядков". Переключить телевизор на другой канал нельзя. Рядом, на расстоянии 5 см лежит раненный, который что то говорит в бреду, обок него сидит мальчик, который смотрит то на меня, то на раненого, ничего не говорит, только теребит воротничек рубашки синими пальчиками. Спрашиваю его, хочет ли пить. Отвечает мне, что хочет. Поднимаюсь так, чтобы не зацепиться головой за балку, железную, которая все время скрипит, и, какжется вот вот упадет. "Может быть хочешь есть?"- спрашиваю его. " А когда прийдет мама?" - спрашивает меня. Я знаю, что маму его вчера убили, что я перетащила его в это подвал, который каким то чудом нашла, когда бежала с этим пацаном на руках. Входа в подвал и вообще не было, была какая то дыра в земле,  в которую спрыгнула, оббив себе ноги так, что правая нога вспухла как колода и уже сегодня не болит.Вчера мы сидели с этим ребенком в этой щели- подвале, когда вечером услышала стон, где то наверху. Вылезла наружу, было темно, все в осколках стекла, грудах кирпича, порезала себе руку, обвязала ее вырванным куском тишерта. чтобы не потерять так много крови. Стон был где то налево, поползла туда, услышала опять стон, уже вправо, Подняла голову, гул самолетов был какой то низкий, потом услышала хлопок , а за секунд двадцать земля вздрогнула где то метрах, может пятидесяти, что то упало мне на голову и отключилась. Свет солнца светил мне просто в глаза и не могда понять, отчего солнце светит так сильно. Голова болела, все видела вдвойне. Попробоавла встать, но боль  в ноге приземлила меня. Повернулась на живот и потрогала голову. Какая то корка была на всех моих волосах. Лежала и не двигалась, услышала шерох, как будто бы кто то крался. Отползла в заросли крапивы и лопухов, ждала. Из кармана в брюках вытащила нож. Косынку на голове потеряла вчера, а как бы она мне теперь пригодилась, подумала. Из за уцелевшего угла увидела качающегося, всего в крови, наверно раненного в верхнюю часть туловища человека, лет этак около тридцати. Стоял так какую то хвилю и упал. Подползла к нему, положила его на спину, ухватла  за бронежилет  и потащила в подвал. Устроила ему там место, чтобы мог лежать, для этого пришлось лазить раз десять наверх, чтобы нарвать веток, этой крапивы и лопухов. Оказалось, когда расстегнула бронежилет, что он был ранен в плечо, правое, но крови потерял много. Последним пакетом первой помощи перевязала ему плечо, а наверх  еще перевязала его вырванным куском моего тишерта, теперь он доходит до пупка.
Вытаскиваю пачку галет  из кармана штанов и даю ее пацану.  Вылезу наверх сегодня , когда солнце не будет так светить и поищу какие то травы, которые может быть помогут этому раненному.