Вот я смотрю на все, что делается в Европе, в России, в Сша и прихожу к следующим выводам, которые касаются уже только России.
Мы исходим из того, что государство Российское существует, существуют вооруженные силы страны, существует какая никакая вертикаль власти, которая, правда, зиждется на авторитете одного человека и его советников, что само по себе вовсе не плохо и нормально. Нет административной структуры, независимой от смены того или иного главы государства, что также весьма нормально в свете ситуации в других государствах, где администрация построена по принципу или прусской машины, которая имеет очень сильные уже даже не национальные, только националистические основы, закрашенные красками того цвета, какой как раз требуется, или по принципу традиции союзов с сильным соседом и сохранением любой ценой института власти в тихом союзе с профсоюзами с почти коммунистическими традициями с выводом масс на улицы, если администрация заиграется, что может привести к краху государства, или на основе дичайшего пещерного, национализма и расизма, закрашенного красками какого угодно цвета, поверху которой то краски везде стоит как когда то на заборах писалось, словом "демократия", значения которого не понимает никто, но которое то слово объясняет каждому и всякому, что это слово и эту администрацию нельзя трогать, так как она почти пожизненная, причем эта же администрация только номинально так называется, в реальности она только поддерживает мифы и служит "основой" для администрации на местах, когда на местах могут твориться такие вещи, которых мир не видел уже от по крайней мере этак от лет 200, а вся эта комиксоподобная структура опирается на голой силе военного бюджета и на более чем 800 военных базах по всему миру.
Россия всегда шла в фарватере мировых трендов по реорганизации государственной административной структуры, особенно тогда, когда прошлые нововведения кончались ничем, хотя остальные смотря на эксперименты России делали выводы и даже строили свои административные структуры по образу и подобию российских структур, привнося свой национальный колорит и свои национальные традиции, или у других административные системы продолжали существовать, опираясь опять же на опыте России или как пугала для собственного населения или как просто как инструмента своей политики также используя Россию, как какое то чудище, в реальности убивая при этом двух зайцев: прикрывая при этом или крах собственных "незыблемых традиций", или беря грубо и вульгарно опыт и провозглашая его своим достижением. Такое "сосуществование" идет вот уже от половины
почти 17-го века. Таким образом мы можем с уверенностью сказать, что Россия является этаким экспериментальным аквариумом не по своей воле, который то аквариум является лакомым и дорогим куском, который возбуждал и возбуждает мозги не одному, особенно, когда всякая административная система приходит к концу, как естественно приходит к концу всякая модель управления, которая основана на стабильности. Но, все страны в мире без исключения используют как негативные, так и позитивные результаты российских "экспериментов", при всем при этом обвиняя Россию в том, что по тем или другим причинам эти результаты экспериментов им не походят, как будто бы не могли выдумать своих экспериментов в натуре. Т.е. в России рождаются идеи не от внутренней надобности перемен, только от давления на нее, а она, как государство всегда стоит периодически как минимум раз в сто лет перед выбором - жить, или не жить. И к такому положению дел привыкли уже все. Пробы России жить без пертурбаций, как все "стабильные " государства со стабильными административными системами всегда кончались нападением на нее. Это отчасти также усилилось с началом новой биополитики, которая началась в конце правления Людвига шестнадцатого. Вообще славянские пробы создания современного государства кончались крахом, как мы это видим с истории на примере Республики Польши с ее суперсовременным на те времена планом обустройства государства и с конституцией, которая всем тогда казалась такой, которая угрожает мировому порядку, как это имело место во второй половине 18-го века. И тогда Польшу разделили ее соседи и она исчезла с лица земли на целые 125 лет.
Сегодня биополитика зашла очень далеко и плановики ее не видят вообще места России на этой Земле также. И это все - это диагноз состояния мира и его развития на сегодняшний день. А теперь нужно определить - что же делать? Во первых нужно создать институт по оценке российских ценностей на основе как русских в первую очередь, так и этносов, населяющих страну. Без оценки таких ценностей невозможно определиться с национальной российской идеей, которая должна стать основополагающим документом для определения направления развития страны. За эту работу как то не могут взяться серьезно в виду, правдоподобно, кажущейся очевидности многие ученые, или в виду кажущегося "переходного" периода, в котором находится мир. А между тем этот момент истории как раз самый подходящий для такого рода работы. Во вторых, определив уже национальную идею на основании национальных ценностей, нужно вопреки устоям и "обустройству" "стабильных систем" сделать свою систему управления, которая бы система управления с одной стороны давала независимое развитие стране, а с другой стороны давала бы безопасность такого развития во всех отношениях. В третьих тут следовало бы разбить путь развития на три фазы:
- фаза информационная и разъяснительная, соединенная с развитием крепких связей со странами бывшего СССР, соединенная также с огромной дипломатической и культурной работой, при новом определении национального самосознания не в оторванности от общности ведущей нации и ее языка, а в надобности сохранения этносов перед лицом невозможности их сохранения в виду "нового мирового порядка", что касается всех этносов страны, а также при новом определении развития промышленности, культуры, науки и их связи с людьми населяющими страну,
- фаза создания нового типа администраций, основанных на принципе "идеализма самосохранения" и на анализе исторических "экспериментов" каждой нации,
- фаза создания единого хозяйственного пространства на основе как линейных, так и замкнутых вертикальных и горизонтальных систем на базе развития в первую очередь таких промышленных связей, которые бы имели взаимозаменяемость, но не взаимозависимость.
Мы исходим из того, что государство Российское существует, существуют вооруженные силы страны, существует какая никакая вертикаль власти, которая, правда, зиждется на авторитете одного человека и его советников, что само по себе вовсе не плохо и нормально. Нет административной структуры, независимой от смены того или иного главы государства, что также весьма нормально в свете ситуации в других государствах, где администрация построена по принципу или прусской машины, которая имеет очень сильные уже даже не национальные, только националистические основы, закрашенные красками того цвета, какой как раз требуется, или по принципу традиции союзов с сильным соседом и сохранением любой ценой института власти в тихом союзе с профсоюзами с почти коммунистическими традициями с выводом масс на улицы, если администрация заиграется, что может привести к краху государства, или на основе дичайшего пещерного, национализма и расизма, закрашенного красками какого угодно цвета, поверху которой то краски везде стоит как когда то на заборах писалось, словом "демократия", значения которого не понимает никто, но которое то слово объясняет каждому и всякому, что это слово и эту администрацию нельзя трогать, так как она почти пожизненная, причем эта же администрация только номинально так называется, в реальности она только поддерживает мифы и служит "основой" для администрации на местах, когда на местах могут твориться такие вещи, которых мир не видел уже от по крайней мере этак от лет 200, а вся эта комиксоподобная структура опирается на голой силе военного бюджета и на более чем 800 военных базах по всему миру.
Россия всегда шла в фарватере мировых трендов по реорганизации государственной административной структуры, особенно тогда, когда прошлые нововведения кончались ничем, хотя остальные смотря на эксперименты России делали выводы и даже строили свои административные структуры по образу и подобию российских структур, привнося свой национальный колорит и свои национальные традиции, или у других административные системы продолжали существовать, опираясь опять же на опыте России или как пугала для собственного населения или как просто как инструмента своей политики также используя Россию, как какое то чудище, в реальности убивая при этом двух зайцев: прикрывая при этом или крах собственных "незыблемых традиций", или беря грубо и вульгарно опыт и провозглашая его своим достижением. Такое "сосуществование" идет вот уже от половины
почти 17-го века. Таким образом мы можем с уверенностью сказать, что Россия является этаким экспериментальным аквариумом не по своей воле, который то аквариум является лакомым и дорогим куском, который возбуждал и возбуждает мозги не одному, особенно, когда всякая административная система приходит к концу, как естественно приходит к концу всякая модель управления, которая основана на стабильности. Но, все страны в мире без исключения используют как негативные, так и позитивные результаты российских "экспериментов", при всем при этом обвиняя Россию в том, что по тем или другим причинам эти результаты экспериментов им не походят, как будто бы не могли выдумать своих экспериментов в натуре. Т.е. в России рождаются идеи не от внутренней надобности перемен, только от давления на нее, а она, как государство всегда стоит периодически как минимум раз в сто лет перед выбором - жить, или не жить. И к такому положению дел привыкли уже все. Пробы России жить без пертурбаций, как все "стабильные " государства со стабильными административными системами всегда кончались нападением на нее. Это отчасти также усилилось с началом новой биополитики, которая началась в конце правления Людвига шестнадцатого. Вообще славянские пробы создания современного государства кончались крахом, как мы это видим с истории на примере Республики Польши с ее суперсовременным на те времена планом обустройства государства и с конституцией, которая всем тогда казалась такой, которая угрожает мировому порядку, как это имело место во второй половине 18-го века. И тогда Польшу разделили ее соседи и она исчезла с лица земли на целые 125 лет.
Сегодня биополитика зашла очень далеко и плановики ее не видят вообще места России на этой Земле также. И это все - это диагноз состояния мира и его развития на сегодняшний день. А теперь нужно определить - что же делать? Во первых нужно создать институт по оценке российских ценностей на основе как русских в первую очередь, так и этносов, населяющих страну. Без оценки таких ценностей невозможно определиться с национальной российской идеей, которая должна стать основополагающим документом для определения направления развития страны. За эту работу как то не могут взяться серьезно в виду, правдоподобно, кажущейся очевидности многие ученые, или в виду кажущегося "переходного" периода, в котором находится мир. А между тем этот момент истории как раз самый подходящий для такого рода работы. Во вторых, определив уже национальную идею на основании национальных ценностей, нужно вопреки устоям и "обустройству" "стабильных систем" сделать свою систему управления, которая бы система управления с одной стороны давала независимое развитие стране, а с другой стороны давала бы безопасность такого развития во всех отношениях. В третьих тут следовало бы разбить путь развития на три фазы:
- фаза информационная и разъяснительная, соединенная с развитием крепких связей со странами бывшего СССР, соединенная также с огромной дипломатической и культурной работой, при новом определении национального самосознания не в оторванности от общности ведущей нации и ее языка, а в надобности сохранения этносов перед лицом невозможности их сохранения в виду "нового мирового порядка", что касается всех этносов страны, а также при новом определении развития промышленности, культуры, науки и их связи с людьми населяющими страну,
- фаза создания нового типа администраций, основанных на принципе "идеализма самосохранения" и на анализе исторических "экспериментов" каждой нации,
- фаза создания единого хозяйственного пространства на основе как линейных, так и замкнутых вертикальных и горизонтальных систем на базе развития в первую очередь таких промышленных связей, которые бы имели взаимозаменяемость, но не взаимозависимость.
Комментариев нет:
Отправить комментарий