Пенсионная реформа в России, шестичасовой рабочий день, русские олигархи, "новый порядок Сша", президент трамп, хунта и бандеровцы на украине, футбол в России.
А Донбасс в огне и конца этому истреблению населения не видно. Отступать некуда и незачем.
Все, кто с детства жил в шахтерских поселках, помнит этот неистребляемый запах угля, смены, время от времени сирены и скорые. И эта неистребляемая бедность, к которой привыкаешь. И каждый божий день работа, работа и ты даже ни о чем другом не думаешь. Мой дед, когда вышел на пенсию, сначала также кашлял, потом лечился, все такое, потом дом снесли вообще и на этом месте построили многоэтажки, получили они с бабушкой одну комнату с кухней, никакого огорода, двор и скамеечка перед ним. Всегда дед читал много, книги из библиотеки нес в авоське, каждую неделю. Когда почтальон приносил почту, выходил брал газету и читал тут же на скамеечке. Огород давали далеко, ходить было уже тяжело. Как фотография в моей голове - дед на этой скамеечке. А еще он выращивал со стоизмом в этой однокомнатной квартире на окне огурцы, огорода то не стало. Огороды тогда у всех отобрали, построили новый город. У кого тогда были какие то сбережения, ехали в поселки, строились, машина тогда нужна была, а остальные жили в "новых домах". "Новые дома" стоят зияя дырами от снарядов всу, людей поубивали, кого на лавочке, кого в доме, кого в окопе.
А Донбасс в огне и конца этому истреблению населения не видно. Отступать некуда и незачем.
Все, кто с детства жил в шахтерских поселках, помнит этот неистребляемый запах угля, смены, время от времени сирены и скорые. И эта неистребляемая бедность, к которой привыкаешь. И каждый божий день работа, работа и ты даже ни о чем другом не думаешь. Мой дед, когда вышел на пенсию, сначала также кашлял, потом лечился, все такое, потом дом снесли вообще и на этом месте построили многоэтажки, получили они с бабушкой одну комнату с кухней, никакого огорода, двор и скамеечка перед ним. Всегда дед читал много, книги из библиотеки нес в авоське, каждую неделю. Когда почтальон приносил почту, выходил брал газету и читал тут же на скамеечке. Огород давали далеко, ходить было уже тяжело. Как фотография в моей голове - дед на этой скамеечке. А еще он выращивал со стоизмом в этой однокомнатной квартире на окне огурцы, огорода то не стало. Огороды тогда у всех отобрали, построили новый город. У кого тогда были какие то сбережения, ехали в поселки, строились, машина тогда нужна была, а остальные жили в "новых домах". "Новые дома" стоят зияя дырами от снарядов всу, людей поубивали, кого на лавочке, кого в доме, кого в окопе.
Комментариев нет:
Отправить комментарий