"Вы были когда -нибудь в Карелии?" - спросил у меня мой знакомый. "Я там жила" - ответила я ему. "Давно?"- спросил он. " Давно" - ответила я ему. " Я почему спрашиваю"- сказал он, - "Спрашиваю потому, что в телевидении немецком по первой программе недавно шел репортаж Удо Лелишкиса про Карелию, про то как сегодня живет эта российская провинция, как все там на границе с Финляндией приходит в полнейшее запустение, как мафия там орудует, как вырубает эта мафия леса и везет этот лес в Финляндию, показан маленький городок, по которому бегают волки, так как лес вырубили и волки перешли жить в город, как они сжирают собак у жителей, как живут жители этого города в разваливающихся деревянных домах, так как на постройку новых нет средств, так как средства крадут везде и на каждом уровне власти". " Знаете, там у людей нет работы, там все позакрывали и ничего не работает" - сказал она мне. "Знаете , там была раньше картонная фабрика, деревообрабатывающий завод, еще какие то предприятия - а сейчас -это город руина" - продолжал дальше мой знакомый. " Там даже один местный парламентарий предложил, чтобы этот город присоединить к Финляндии, так как России - эта ее часть, не нужна, И, знаете, в этом репортаже также было показано заседание с президентом, когда он спрашивает, куда делись деньги, которые шли из Москвы. А потом все закончилось так, что губернатора уволили" - сообщил он мне с каким то искренним сожалением, как будто бы сочувствовал мне отчего то за то, что вот де в моих, как ему казалось, сторонах, вот такое теперь творится.
И я решила поехать и посмотреть в Карелию, не в Петрозаводск, а именно туда, где пришлось мне прожить почти три года, когда строилась там эта самая картонная фабрика.
Уже весна и снег сошел и все погрузилось в непролазную грязь, которая прикрывала колеса старого автобуса со времен царя гороха, который напрочь застрял на пятнадцатом километре от Петрозаводска. В термосе у меня были остатки кофе, который сделала себе еще перед тем, как села в самолет. Открутила крышку термоса и налила себе этого кофе с молоком. Рядом сидела какая то старушка, которая посмотрела на меня таким взглядом, как будто бы хотела мне сказать, чтобы я этот кофе вылила обратно в термос. Я посмотрела на нее, наклонилась над моей сумкой, которая стояла в ногах , открыла ее и вытащила оттуда пакет с обычными сухарями, которые купила себе на дорогу. Не люблю есть печенье, вот сухари - это дело. Открыла пакет и протянула ей кофе и предложила взять сухарь. Та посмотрела на меня и спросила:"А вы?" " У меня есть еще вода в бутылке" - сказала я ей примирительно и взяла себе из пачки сухарь, вытащила бутылку с водой из сумки, перед тем отдав ей это самое кофе
Она отпила пару глотков и сообщила мне, что кофе слишком крепкое, но все же хорошо согревает и стала есть сухарь. Мы сидели и молчали. Она жевала сухарь и пила маленькими глоточками кофе , а я тоже жевала свой сухарь и то и дело отпивала по глотку из бутылки воду. " А у Вас есть еще это кофе?" - услышала я сзади голос, женский. Оглянулась. На сиденье сзади сидела молодая женщина с ребенком на руках, лет может быть четырех- пяти.
"Есть" - ответила я. Женщина рядом протянула мне пустую крышку от термоса. Я взяла ее и налила в нее воды из бутылки, чтобы прополоскать, хотя бы эту крышку, открыла окно в автобусе и вылила содержимое, опять налила и опять прополоскала водой из бутылки. налила кофе из термоса и протянула той женщине сзади. Она взяла кофе и отпила. Ребенок начал - "Я тоже хочу". Вытащила из сумки бутылку с водой, бутылка была большая и женщина сзади допила кофе и налила в крышку из под термоса воды из бутылки. Я протянула ребенку пачку с оставшимися сухарями. Старичек, который сидел рядом с этой молодой женщиной, посмотрел на меня как то странно и ничего не сказал, когда я передавала сухари ребенку.
Повернулась к нему и сказала, что вообще то забыла и что у меня есть еще пару пластмассовых стаканчиков и , что сейчас налью кофе и ему. Термос ведь был двухлитровый.
Старичек взял пластмассовый стаканчик и отпил кофе. " Ты, дочка, сама то откуда"- спросил он меня. все как то в автобусе наблюдали за нами и слушали. " Я когда то тут жила" - ответила ему. "Давно?" - спросил. "Давно" - ответила я ему.
В городке все напоминало мне что то давно знакомое, как будто бы время остановилось и даже ринулось в машине времени назад в какое то пространство, которого никогда не было.
Молодая женщина довела меня до единственной гостиницы,- деревянного двухэтажного дома, которому на вид было лет сто. " Вы не думайте , там внутри сделали недавно ремонт" - сказала мне женщина. Наверно, на моем лице было написано что то, что заставило ее сказать мне это предложение. Попрощались и я зашла внутрь. стены были покрыты обоями, которые то тут то там имели следы чего то желтого, что проступало через обои. Пахло сыростью и плесенью. В рецепции стояла женщина лет этак пятидесяти и смотрела на меня вопросительным взглядом. " А скажите, пожалуйста,"- спросила я ее, отчего у Вас пахнет так плесенью. " Я даже не замечаю, тут весь день, наверно привыкла уже" - ответила она мне.
"У вас есть свободные номера" - спросила я ее. "У нас тут всего две комнаты отремонтировали пока" - ответила она. "Они заняты" - сказала вдогонку. стояла минуту, другую и думала, что ж мне делать. "А могу у вас оставить свою дорожную сумку"- спросила я ее. " Если не боитесь, Я передала ей сумку, вдобавок протянула 10 Евро за то, чтобы сумка полежала в гостинице, пока я пройдусь по городу и посмотрю эту картонную фабрику.
Все было в таком запустении, какое бывает тогда, когда никого уже нет, когда никому уже ничего не нужно. Мои сапоги покрылись стойкой коркой грязи, но не промокли. Было слякотно и пасмурно. Шла по городу и старалась запечатлеть взглядом все, что видела. Зашла в кокой то магазин. Был это продуктовый маленький магазинчик, с одной продавщицей, сзади которой красовались отчего то бутылки с водками и какими то ликерами и коньяками. По бокам на полках стояли пакеты с соками, дальше шли упакованные сыры и какое то мясо.
Осмотрелась и спросила продавщицу, где можно тут в городе переночевать. Та посмотрела на меня как то странно и сказала, что подумает. Ночевала я у этой самой продавщицы у нее дома. Домик ее был малюсенький, жила она в нем вместе с мужем и матерью. В доме было сухо и тепло, мне постелили на диване в большой комнате. Угостили ужином, который напоминал скорее обед. На другой день отправилась смотреть город дальше и решила пройтись в лес, который начинался сразу же за чертой города. Но, когда прошла уже с километра три по дороге из города поняла, что дальше идти бесполезно, так как ноги все глубже проваливались в кашу из мятого снега и земли. о том, чтобы войти в лес не было даже и речи- пробовала, еле вытащила вообще ногу. Вернулась к продавщице домой и решила сразу же ехать обратно , а вернуться сюда, когда станет сухо. Город мне понравился и в городе можно жить, потихонечку наново жить. Может быть начать с документов этой картонной фабрики - что то ведь из нее еще можно сделать, нужны только деньги.
И я решила поехать и посмотреть в Карелию, не в Петрозаводск, а именно туда, где пришлось мне прожить почти три года, когда строилась там эта самая картонная фабрика.
Уже весна и снег сошел и все погрузилось в непролазную грязь, которая прикрывала колеса старого автобуса со времен царя гороха, который напрочь застрял на пятнадцатом километре от Петрозаводска. В термосе у меня были остатки кофе, который сделала себе еще перед тем, как села в самолет. Открутила крышку термоса и налила себе этого кофе с молоком. Рядом сидела какая то старушка, которая посмотрела на меня таким взглядом, как будто бы хотела мне сказать, чтобы я этот кофе вылила обратно в термос. Я посмотрела на нее, наклонилась над моей сумкой, которая стояла в ногах , открыла ее и вытащила оттуда пакет с обычными сухарями, которые купила себе на дорогу. Не люблю есть печенье, вот сухари - это дело. Открыла пакет и протянула ей кофе и предложила взять сухарь. Та посмотрела на меня и спросила:"А вы?" " У меня есть еще вода в бутылке" - сказала я ей примирительно и взяла себе из пачки сухарь, вытащила бутылку с водой из сумки, перед тем отдав ей это самое кофе
Она отпила пару глотков и сообщила мне, что кофе слишком крепкое, но все же хорошо согревает и стала есть сухарь. Мы сидели и молчали. Она жевала сухарь и пила маленькими глоточками кофе , а я тоже жевала свой сухарь и то и дело отпивала по глотку из бутылки воду. " А у Вас есть еще это кофе?" - услышала я сзади голос, женский. Оглянулась. На сиденье сзади сидела молодая женщина с ребенком на руках, лет может быть четырех- пяти.
"Есть" - ответила я. Женщина рядом протянула мне пустую крышку от термоса. Я взяла ее и налила в нее воды из бутылки, чтобы прополоскать, хотя бы эту крышку, открыла окно в автобусе и вылила содержимое, опять налила и опять прополоскала водой из бутылки. налила кофе из термоса и протянула той женщине сзади. Она взяла кофе и отпила. Ребенок начал - "Я тоже хочу". Вытащила из сумки бутылку с водой, бутылка была большая и женщина сзади допила кофе и налила в крышку из под термоса воды из бутылки. Я протянула ребенку пачку с оставшимися сухарями. Старичек, который сидел рядом с этой молодой женщиной, посмотрел на меня как то странно и ничего не сказал, когда я передавала сухари ребенку.
Повернулась к нему и сказала, что вообще то забыла и что у меня есть еще пару пластмассовых стаканчиков и , что сейчас налью кофе и ему. Термос ведь был двухлитровый.
Старичек взял пластмассовый стаканчик и отпил кофе. " Ты, дочка, сама то откуда"- спросил он меня. все как то в автобусе наблюдали за нами и слушали. " Я когда то тут жила" - ответила ему. "Давно?" - спросил. "Давно" - ответила я ему.
В городке все напоминало мне что то давно знакомое, как будто бы время остановилось и даже ринулось в машине времени назад в какое то пространство, которого никогда не было.
Молодая женщина довела меня до единственной гостиницы,- деревянного двухэтажного дома, которому на вид было лет сто. " Вы не думайте , там внутри сделали недавно ремонт" - сказала мне женщина. Наверно, на моем лице было написано что то, что заставило ее сказать мне это предложение. Попрощались и я зашла внутрь. стены были покрыты обоями, которые то тут то там имели следы чего то желтого, что проступало через обои. Пахло сыростью и плесенью. В рецепции стояла женщина лет этак пятидесяти и смотрела на меня вопросительным взглядом. " А скажите, пожалуйста,"- спросила я ее, отчего у Вас пахнет так плесенью. " Я даже не замечаю, тут весь день, наверно привыкла уже" - ответила она мне.
"У вас есть свободные номера" - спросила я ее. "У нас тут всего две комнаты отремонтировали пока" - ответила она. "Они заняты" - сказала вдогонку. стояла минуту, другую и думала, что ж мне делать. "А могу у вас оставить свою дорожную сумку"- спросила я ее. " Если не боитесь, Я передала ей сумку, вдобавок протянула 10 Евро за то, чтобы сумка полежала в гостинице, пока я пройдусь по городу и посмотрю эту картонную фабрику.
Все было в таком запустении, какое бывает тогда, когда никого уже нет, когда никому уже ничего не нужно. Мои сапоги покрылись стойкой коркой грязи, но не промокли. Было слякотно и пасмурно. Шла по городу и старалась запечатлеть взглядом все, что видела. Зашла в кокой то магазин. Был это продуктовый маленький магазинчик, с одной продавщицей, сзади которой красовались отчего то бутылки с водками и какими то ликерами и коньяками. По бокам на полках стояли пакеты с соками, дальше шли упакованные сыры и какое то мясо.
Осмотрелась и спросила продавщицу, где можно тут в городе переночевать. Та посмотрела на меня как то странно и сказала, что подумает. Ночевала я у этой самой продавщицы у нее дома. Домик ее был малюсенький, жила она в нем вместе с мужем и матерью. В доме было сухо и тепло, мне постелили на диване в большой комнате. Угостили ужином, который напоминал скорее обед. На другой день отправилась смотреть город дальше и решила пройтись в лес, который начинался сразу же за чертой города. Но, когда прошла уже с километра три по дороге из города поняла, что дальше идти бесполезно, так как ноги все глубже проваливались в кашу из мятого снега и земли. о том, чтобы войти в лес не было даже и речи- пробовала, еле вытащила вообще ногу. Вернулась к продавщице домой и решила сразу же ехать обратно , а вернуться сюда, когда станет сухо. Город мне понравился и в городе можно жить, потихонечку наново жить. Может быть начать с документов этой картонной фабрики - что то ведь из нее еще можно сделать, нужны только деньги.
